суббота, 28 декабря 2013 г.

Ганнибал Павел Исаакович (1776-1841)

Ганнибал Павел Исаакович (1776-1841) – подполковник Изюмского гусарского полка, дядя Алескандра Сергеевича Пушкина по материнской линии. Родился в 1776 году в имении Воскресенское Новоржевского уезда Псковской губернии в семье отставного капитана 3-го ранга Исаака Абрамовича Ганнибала (1747-1808) и его супруги Анны Андреевны Чихачевой, образование получил в Морском кадетском корпусе, в 1791 году – гардемарин, 1 мая 1794 года выпущен на действительную службу мичманом с назначением на борт фрегата «Эммануил», в 1799 году вышел в отставку. С началом Отечественной войны 1812 года записался в Псковское ополчение и 5 декабря 1812 года определён в волонтёрный полк Александра Андреевича Яхонтова (1786-1861) в составе Рижского корпуса генерал-лейтенанта Фёдора Фёдоровича Левиза, принимал участие в Саксонской кампании 1813 года и Французской кампании 1814 года, находился при осаде крепости Данциг (Danzig), сражался при Кенигсварте (Konigswarth), Бауцене (Bautzen), Гросс-Беерене (Gross-Beeren) и Денневице (Dennewitz), за отличие в сражении при Лейпциге (Leipzig), где участвовал в захвате французской батареи, награждён чином майора (в этом сражении убит его младший брат корнет Александр Исаакович Ганнибал), сражался при Арси-сюр-Об (Arcis-sur-Aube), Сен-Дизье (Saint-Dizier) и Париже (Paris). После роспуска полка в 1815 году определён в Изюмский гусарский полк, в 1817 году вышел в отставку в чине подполковника, в июне 1826 года попал в поле зрения политической полиции за сочувствие к декабристам и в августе 1826 года был сослан в Сольвычегодск: «В обращении иногда бывает хорош и весел, но часто выражения употребляет гордыя и дерзкия, за что немногие желают быть у него или чтоб он был у них. Я по узнании от многих, что не желают с ним видеться, обязанностью счел напомнить подполковнику Ганнибалу, дабы он без приглашения ни к кому не ездил и от отчаянных речей воздержался». Однако Ганнибал не обращал внимания на подобныя замечания и вот на него местным купцом было подано городничему «впредь для ведома объявление», что в бытность его, купца Мамаева, в гостях у заседателя прибыл туда безъ приглашения Ганнибал «и оказывал некоторые знаки своего отвратительнаго нерасположения» к тестю Мамаева, купцу Пьянкову. По отъезде Пьянкова Ганнибал говорил, что разобьет ему рожу, называл мужиком и ничего незначущим человеком. Сидя за столом, с большим азартом хватался за нож и произносил: «вот что для моего неприятеля», приставлял «оный в пример намереннаго своего умысла» к груди протоиерея Кириллова, называл Мамаева мальчишкою. Когда копия с этого «объявления» была представлена генерал-губернатору, то последний положил резолюцию: «объявить Ганнибалу, дабы вел жизнь смиренную и без приглашения никуда не выходил, кроме церкви. В оскорблениях известному в честности купцу Пьянкову и купцу Мамаеву должен он загладить извинением, испросив прощение; ежели же они будут просить за понесенныя оскорбления, то он может подвергнуть себя содержанию, как буйный и нетерпимый в обществе человек. Жителям объявить, если кому случится оскорбление от Ганнибала, то хозяин онаго должен ответствовать». Но пока эта бумага дошла до Сольвычегодска, Ганнибал успел еще много набедокурить. Он сдружился с почтовым экспедитором Воронецким, проводил с ним все время и жил на его счет. Этот Воронецкий являлся неизменным спутником во всех похождениях Ганнибала. В рапорте городничего от 15 января 1827 года читаем: «Продолжает ездить без приглашения с Воронецким, почему некоторые вечером сидят в одной комнате, закрыв ставни, имея хотя и многолюдную беседу, в прочих же комнатах на уличных огня не ставят». А однажды даже протоиерей Кириллов просил заехавшаго к нему городничаго удалить полицейскою властью забравшагося к нему с Воронецким Ганнибала. Можно, пожалуй, подумать, что Ганнибал был в нетрезвом виде; однако городничій, отмечая это относительно Воронецкаго, не пишет ничего подобнаго об его товарище как здесь, так и во всех других случаях. В том же рапорте городничий доносит: «кроме того не должен и не смею умолчать, что господин Ганнибал, несмотря на многих свидетелей, весьма часто употребляет выражения напохвальныя». Когда городничий объявил Ганнибалу о резолюции генерал-губернатора за оскорбление купцов, подполковник пришел в неописуемую ярость: «Как смел генерал-губернатор обо мне так писать! Он мой не начальник; как смел писать, чтобы я испросил прощения и у кого же, у купцов?!» кричал он в исступлении, а потом стал грозить городничему застрелить его за доносы. Начальник города струсил не на шутку тем более, что у грозившаго была небольшая пушечка, которою он забавлялся, стреляя из окна. О происшедшем он донес по начальству, вследствие чего генерал-губернатор писал Вологодскому губернатору: «не было ли бы полезно послать Ганнибала в другое место, где бы можно было распорядиться с ним так, как образ его поступков требует», и затем, извещая о поведении ссыльнаго, запрашивает управляющаго министерством внутренних дел: «не благоугодно ли сослать Ганнибала в Соловецкий монастырь». Управляющий министерством вошел в сношение об этом предмете с Бенкендорфом, который уведомил, что государь император соизволял на отправление Ганнибала в Соловки» («Павел Исаакович Ганнибал, дядя Алескандра Сергеевича Пушкина» «Русская старина» 1899 год). 9 мая 1827 года в сопровождении жандармского унтер-офицера доставлен на Соловки, где по предписанию содержался «по секрету, под стражею» - «В 1827 году, по высочайшему повелению, прислан был в Соловецкую тюрьму подполковник Ганнибал за буйство и дерзкие поступки. В 1832 году, по поводу просьбы жены его, о возвращении мужа ея к семейству, потребованы были сведения от соловецкаго настоятеля о поведении Ганнибала, и заслуживает ли он испрашиваемое женою всемилостивейшее прощение. Ответ был утвердительный. После этого, по представлению графа Бенкендорфа, государь изъявил соизволение на совершенное прощение Ганнибала и дозволил назначить ему местожительство ближе к Петербургу». 26 октября 1832 года покинул Соловки с приказом отправиться в Архангельск и в конце 1833 года получил Высочайшее соизволение на жительство в Луге. Умер в 1841 году в Луге в возрасте 65 лет. Награждён орденами Святого Владимира 4-й степени с бантом и Святой Анны 3-й степени. Был женат на Варваре Тихоновне Ланге, от которой имел сына Александра. Портрет офицера написан в 1816 году неизвестным автором.

1 комментарий:

  1. Красавец!:)) Благодарю!
    Статью Вашу умыкнула без дозволения, но авторство указала.

    ОтветитьУдалить