вторник, 18 марта 2014 г.

Толстой Федор Иванович, известный как «Американец» (1782-1846)

Толстой Федор Иванович, известный как «Американец» (1782-1846) – граф, известный авантюрист, бретёр и путешественник. Родился 6 февраля 1782 года в имении Никольское Кологривского уезда Костромской губернии в семье графа Ивана Андреевича Толстого (1748-1818) и его супруги Анны Фёдоровны Майковой (1761-1834), образование получил в Морском кадетском корпусе в Санкт-Петербурге, откуда был выпущен на военную службу в лейб-гвардии Преображенский полк. Обладал феноменальной физической силой, ловкостью и выносливостью, что в комбинации с непредсказуемым, жестким характером, крайней мстительностью и навыком совершенного владения оружием, делало его отчаянно опасным противником (в 1799 году в возрасте 17 лет впервые дрался на дуэли с офицером, отчитавшим его за нарушение дисциплины, а за всю жизнь убил в поединках 11 человек). В 1803 году, стремясь избежать очередного дисциплинарного наказания, присоединился к команде шлюпа «Надежда» капитана Ивана Фёдоровича Крузенштерна (1770-1846), снаряженного для совместного со шлюпом «Нева» капитана Юрия Фёдоровича Лисянского (1773-1837) первого кругосветного путешествия под российским флагом, 7 августа 1803 года экспедиция покинула Кронштадт. В плавании поведение графа, не обременённого служебными обязанностями, оставалось весьма колоритным - во время стоянки у острова Нукагива он покрыл своё тело с головы до ног (кроме лица, шеи и кистей рук) полинезийскими татуировками, затем, прознав о любви судового священника отца Гедеона к спиртному, он напоил его до мертвецкого состояния и припечатал его бороду к палубе казенной печатью, а когда батюшка, протрезвев, попытался освободиться, пригрозил: «Лежи! Видишь - казенная печать» (бороду пришлось остричь), наконец, однажды привёл в каюту капитана любимца команды, ручного орангутана и наглядно показал ему как можно измазать чистый лист бумаги чернилами – последний внял наставлениям и безвозвратно испортил судовой дневник Крузенштерна, после чего граф Толстой «на Камчатке оставил корабль и отправился в Петербург сухим путём». С Камчатки добрался до острова Ситка, где своим крутым нравом заслужил уважение местных аборигенов тлинкитов, затем пересёк Берингов пролив и в начале августа 1805 года прибыл в Санкт-Петербург через Дальний Восток, Сибирь, Урал и Поволжье (в «Записках» Филиппа Филипповича Вигеля (1786-1856), повстречавшего графа в Удмуртии, читаем: «На одной из станций мы с удивлением увидели вошедшего к нам офицера в Преображенском мундире. Это был граф Фёдор Иванович Толстой. Он делал путешествие вокруг света с Крузенштерном и Резановым, со всеми перессорился, всех перессорил и как опасный человек был высажен на берег в Камчатке и сухим путем возвращался в Петербург. Чего про него не рассказывали…»). В столице граф по приказу императора Александра I-го был арестован, исключён из гвардии и назначен с чином поручика в гарнизон Нейшлотской крепости (тем не менее, в обществе он приобрёл легендарную известность и пожизненное прозвище «Американец»). С началом русско-шведской войны 1808 года граф по протекции своего друга князя Михаила Петровича Долгорукова (1780-1808) присоединился к действующей армии и принял участие в боевых действиях, отличился в сражении 15 октября 1808 года при Иденсальми (Idensalmi), а затем возглавил на берегу Ботнического залива отдельный отряд, благодаря действиям которого армии генерала Михаила Богдановича Барклая де Толли удалось без потерь переправиться по льду на территорию Северной Швеции и занять город Умео (Umeo) – за храбрость и инициативу граф Толстой 31 октября 1808 года был возвращён в лейб-гвардии Преображенский полк с чином поручика. Однако, спустя несколько месяцев он за участие в двух дуэлях (в первой смертельно ранил капитана своего полка, которого сам спровоцировал грязными сплетнями о его сестре, во второй убил прапорщика Нарышкина, обвинившего его в шулерстве) был заключён на гауптвахту в Выборгской крепости и 2 октября 1811 года уволен из армии. С началом Отечественной войны 1812 года вступил в армию добровольцем с зачислением в 42-й егерский полк в составе 26-й пехотной дивизии генерал-майора Ивана Фёдоровича Паскевича 7-го корпуса генерал-лейтенанта Николая Николаевича Раевского 2-й Западной армии генерала от инфантерии князя Пётра Ивановича Багратиона, под командой подполковника Егора Ивановича Синенкова отличился в сражении при Бородино, где получил тяжёлое ранение в ногу. 5 февраля 1815 года вышел в отставку с производством в полковники и поселился в Москве, где вёл жизнь записного картёжника, кутилы и бретёра, по свидетельству Фаддея Венедиктовича Булгарина (1789-1859): «Умён он был, как демон, и удивительно красноречив. Он любил софизмы и парадоксы, и с ним трудно было спорить. Впрочем, он был, как говорится, добрый малый, для друга готов был на всё, охотно помогал приятелям, но и друзьям, и приятелям не советовал играть с ним в карты, говоря откровенно, что в игре, как в сраженье, он не знает ни друга, ни брата, и кто хочет перевести его деньги в свой карман, у того и он имеет право выигрывать». Умер 24 октября 1846 года в Москве в возрасте 64 лет, похоронен на Ваганьковском кладбище. Награждён орденом Святого Георгия 4-го класса (5 февраля 1815 года). С 10 января 1821 года был женат на цыганской танцовщице Авдотье Максимовне Тугаевой ( -1861), от которой имел 12 детей (все они родились мёртвыми или умерли в младенчестве, кроме Прасковьи Фёдоровны (1831-1887), вышедшей замуж за московского гражданского губернатора Василия Степановича Перфильева (1826-1890) и Сарры Фёдоровны (1821-1838), поэтессы, умершей от чахотки в возрасте 17 лет). «Убитых им на дуэлях граф Толстой насчитывал одиннадцать человек. Он аккуратно записывал имена убитых в свой синодик. У него было 12 человек детей, которые все умерли в младенчестве, кроме двух дочерей. По мере того, как умирали дети, он вычеркивал из своего синодика по одному имени из убитых им людей и ставил сбоку слово «квит». Когда же у него умер одиннадцатый ребёнок, прелестная умная девочка, он вычеркнул последнее имя убитого им и сказал: «Ну, слава Богу, хоть мой курчавый цыганёночек будет жив» («Воспоминания» Марьи Фёдоровны Каменской (1817-1898), 1894 год).

Комментариев нет:

Отправить комментарий